Галереи

Сре­ди дней Страст­ной сед­ми­цы Ве­ли­кий чет­верг за­ни­ма­ет осо­бое ме­сто. В этот день Цер­ковь вспо­ми­на­ет Тай­ную ве­че­рю Гос­по­да Иису­са Хри­ста с Его уче­ни­ка­ми – апо­сто­ла­ми. На Тай­ной Ве­че­ри Спа­си­те­лем бы­ло уста­нов­ле­но глав­ное Та­ин­ство на­шей ве­ры – Та­ин­ство Ев­ха­ри­стии, или При­ча­ще­ния, во вре­мя ко­то­ро­го все ве­ру­ю­щие под ви­дом хле­ба и ви­на вку­ша­ют ис­тин­ные Те­ло и Кровь Хри­сто­вы.

Без при­ча­ще­ния, учит Свя­тая Цер­ковь, нет ис­тин­ной хри­сти­ан­ской жиз­ни, так как в этом Та­ин­стве про­ис­хо­дит са­мое пол­ное, пре­дель­но воз­мож­ное на зем­ле бла­го­дат­ное со­еди­не­ние че­ло­ве­ка с Бо­гом.

Тай­ная ве­че­ря бы­ла со­вер­ше­на Хри­стом за день до празд­но­ва­ния вет­хо­за­вет­ной Пас­хи. Евреи со­вер­ша­ли этот празд­ник в па­мять о чу­дес­ном ис­хо­де из Егип­та, где они на­хо­ди­лись в раб­стве в те­че­ние че­ты­рёх­сот лет.

Как и мно­гие дру­гие со­бы­тия вет­хо­за­вет­ной ис­то­рии, празд­ник иудей­ской Пас­хи имел про­об­ра­зо­ва­тель­ное зна­че­ние. Он го­то­вил лю­дей к при­ня­тию ис­тин­ной Пас­хи, ис­тин­но­го спа­се­ния от раб­ства гре­ху и смер­ти. Та­кое спа­се­ние дол­жен был при­не­сти лю­дям Сын Бо­жий – Но­во­за­вет­ный Пас­халь­ный Аг­нец, за­клан­ный за гре­хи ми­ра. Так ве­ли­ко и глу­бо­ко бы­ло па­де­ние лю­дей, что толь­ко Сам Бог, доб­ро­воль­но при­няв на Се­бя пад­шую че­ло­ве­че­скую при­ро­ду, мог спа­сти че­ло­ве­ка.

Гос­подь пре­по­да­ет нам Се­бя в Та­ин­стве Ев­ха­ри­стии, дабы каж­дый ве­ру­ю­щий в Него мог до­стичь глав­ной и един­ствен­ной це­ли сво­ей жиз­ни – при­об­щить­ся Бо­же­ствен­ной люб­ви, при­об­щить­ся Са­мо­го Бо­же­ства.

Тай­ная ве­че­ря на­ча­лась с омо­ве­ния. Сын Бо­жий, Тво­рец ми­ра со­вер­ша­ет об­ряд, ко­то­рый тра­ди­ци­он­но со­вер­ша­ли ра­бы: Он омы­ва­ет апо­сто­лам но­ги.

Уче­ни­ки бы­ли по­ра­же­ны дей­стви­я­ми их Бо­же­ствен­но­го Учи­те­ля. Они мол­ча при­ни­ма­ли омо­ве­ние. Толь­ко апо­стол Пётр, че­ло­век го­ря­чий, не мог сдер­жать овла­дев­ших им чувств.

«Гос­по­ди! – вос­клик­нул Пётр, – Те­бе ли умы­вать мои но­ги?» На это Хри­стос от­ве­тил: «что Я де­лаю, те­перь ты не зна­ешь, а ура­зу­ме­ешь по­сле… Ес­ли не умою те­бя, не име­ешь ча­сти со Мною». Сво­им при­ме­ром Гос­подь по­ка­зал не толь­ко лю­бовь к уче­ни­кам, но и на­учил их сми­ре­нию – чтобы они не счи­та­ли за уни­же­ние для се­бя слу­жить ближ­не­му.

По­сле омо­ве­ния и про­щаль­ной бе­се­ды с уче­ни­ка­ми Хри­стос пре­ло­мил хлеб и, бла­го­сло­вив его, по­дал апо­сто­лам со сло­ва­ми: «сие есть Те­ло Моё, ко­то­рое за вас пре­да­ёт­ся; сие тво­ри­те в Моё вос­по­ми­на­ние». Взяв ча­шу и бла­го­сло­вив её, ска­зал: «пей­те из неё все; Ибо сие есть Кровь Моя но­во­го за­ве­та, за мно­гих из­ли­ва­е­мая во остав­ле­ние гре­хов». А поскольку это сказал Тот же, Кто единым словом вызвал из небытия весь мир, то – можем ли мы сомневаться, что хлеб и вино тут же сделались Его истинными Телом и Кровью? А чтобы это продолжалось вовек, Господь постановил: «сие творите в мое воспоминание».

Вот оно – главное таинство церкви: мы все вместе, Христос посреди нас и питает нас Своими Телом и Кровью! И это еще страшнее, чем принять умовение ног.

В скром­ной Си­он­ской гор­ни­це про­ис­хо­дит ве­ли­кое чу­до: че­ло­век, неко­гда от­верг­ший Бо­га, вновь при­об­ща­ет­ся к Бо­гу – Ис­точ­ни­ку Веч­ной Жиз­ни.

В чет­верг Страст­ной сед­ми­цы в хра­мах со­вер­ша­ет­ся Бо­же­ствен­ная ли­тур­гия. В этот день каж­дый ве­ру­ю­щий, по при­ме­ру апо­сто­лов, стре­мит­ся со­еди­нить­ся со Хри­стом в Та­ин­стве При­ча­ще­ния. За бо­го­слу­же­ни­ем несколь­ко раз про­из­но­сит­ся мо­лит­ва «Ве­че­ри Тво­ея тай­ныя днесь, Сыне Бо­жий, при­част­ни­ка мя при­и­ми…» Эту мо­лит­ву по­ёт хор, чи­та­ет свя­щен­ник, по­вто­ря­ют все ве­ру­ю­щие. В ней хри­сти­а­нин про­сит у Бо­га со­де­лать его при­част­ни­ком Тай­ной ве­че­ри, ныне со­вер­ша­ю­щей­ся в хра­ме…

Смысл христианской жизни – соединение со Христом, вхождение в Него и пребывание в Нем. Христос, Сын Божий, явившись в мир, дал нам не просто Свое учение – Он дал нам прежде всего Самого Себя, Свое родство, возможность соединения с Собой. И для достижения этого родства Он оставил христианам самое сильное средство – Святое Причастие. Через Причастие Христос предлагает нам Свое родство, Свою Кровь. Святитель Кирилл Иерусалимский говорит, что когда мы причащаемся Тела и Крови Христовых, то становимся Ему сотелесными и единокровными, буквально родными по крови. И через это кровное родство мы таинственно входим во Христа, становимся клетками Его Тела, Его членами, о чем Он Сам говорит: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем».

Человеческое тело всегда состоит из той пищи, какую человек ест. Поэтому если мы едим Тело Христово, то и сами становимся Телом Христовым. И наоборот, если человек не причащается Тела и Крови Христовых, то он не принадлежит к Его Телу и не имеет родства с Ним. Строго говоря, такой человек – не христианин, он не принадлежит к Церкви и далек от Христа. Из Священного Писания мы видим, что апостолы Лука и Клеопа узнали Христа только после того, как причастились Его Тела, а до этого они не узнавали Его, хотя и долго слушали Его чудные слова, хотя и горело их сердце от этих слов.

Кто не причащается Тела и Крови Господних, тот даже и главную христианскую молитву «Отче наш» не имеет особого права читать, ибо как может называть Бога своим Отцом тот, в ком нет Его Крови? Ведь в детях всегда течет кровь отца? А вот те, кто причащается Тела и Крови Христовых, с полным правом, как родные дети, могут называть Бога своим Отцом.

Через Причастие мы принимаем в себя то, чего нет ни в нас самих, ни во всей вселенной, – принимаем бессмертие. Ибо Христос, воскреснув из мертвых, победил смерть и тем положил начало новой Вселенной, новому Веку, где смерти уже не будет. В этот блаженный Век призваны в свое время войти христиане. А пока мы еще в него не вошли, пока мы только на пути к нему, нам дано великое таинство Причастия как залог того Века, как семя его, которое в свое время должно прорасти и принести плоды жизни вечной. Причащаясь Тела и Крови победившего смерть Христа, мы принимаем в себя залог воскресения, как Сам Он говорит в Евангелии: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день». То есть те, кто имеет в себе Тело и Кровь Христа, будут воскрешены Им для вечной жизни. Тогда исполнятся известные слова апостола Павла: «Как во Адаме все умирают, так во Христе все оживут». Ибо все человечество происходит от одной крови – от Адама, и так как Адам подвергся падению и стал смертным, то и все, кто произошел от его крови, также являются смертными. Христос же, Новый Адам, победил смерть и явился родоначальником нового человечества, Он дал миру новую линию Крови. Принимая в себя эту Кровь через Причастие, христиане имеют в себе семя бессмертия и являются новым народом Божиим, который в свое время унаследует вечную жизнь в Царстве Христовом.

То, что делает Христос в таинстве Причастия, похоже на переливание крови, которое применяется в медицине при различных болезнях, например при заражении крови. Зараженную кровь врачи удаляют, после чего вливают в организм новую здоровую кровь. Так поступает и наш великий Врач – Христос: вместо крови ветхого Адама, зараженной смертью и тлением, Он вливает всем приходящим к Нему Свою собственную живоносную Кровь – свободную от тления и являющуюся для принимающих ее источником вечной жизни и бессмертия.

Конечно, все сказанное не означает, что, причащаясь, мы уже автоматически спасены и независимо ни от чего войдем в Царство Христово. Это, конечно, не так. Для того чтобы соединение со Христом, достигаемое через Причастие, было для нас спасительным, нужно еще и жить по заповедям Христа. Это и понятно: ведь если через Причастие мы становимся Телом Христовым, Его клетками и Его членами, то мы должны и действовать так, как угодно Христу. «Исполнением животворящих заповедей Евангельских поддерживается соединение христианина со Христом, – говорит святитель Игнатий Брянчанинов. – Иначе не может член Христов пребывать в соединении со Христом, как действуя из Его воли, из Его разума. И воля, и разум Христовы изображены в Евангельских заповедях». То есть тот, кто соединен со Христом, непременно должен жить по Евангельским заповедям – только тогда он будет истинным членом Тела Христова. В противном же случае он будет в Его Теле инородным членом, который это Тело рано или поздно извергнет из себя.

О великой ответственности христиан, соединяющихся через Причастие со Христом, есть очень хорошие слова у святителя Иннокентия Херсонского. «Да будет мысль о соединении нашем со Христом правилом наших действий, – говорит он, – да удерживает она нас от всего противного Христу и Его святому закону; да располагает ко всему, что честно и похвально перед Богом и людьми! Не попустим, чтобы возлюбленный Жених душ наших терпел и страдал от соединения с нами! Дорого стоила Ему возможность питать нас Своим Телом и Кровью; для этого надлежало взойти на Крест. Не попустим же, чтобы Он, входя под кров души нашей, вновь обрел там для Себя Голгофу».

Итак, зная все это, братия и сестры, будем приступать со страхом, верой и любовью к великому и спасительному таинству святого Причастия, будем принимать в себя пищу вечной жизни и питие бессмертия. Будем также и благодарить Господа за такой Его неизреченный и безмерно великий дар. Однако, соединяясь со Христом через это непостижимое таинство, постараемся еще и свято хранить себя от всего неугодного Ему, хранить от греха и нечистоты, постараемся проводить истинно христианскую жизнь. И тогда Причастие станет для нас спасительным, оно сделает нас детьми Божиими и в свое время приведет туда, где пребывает Господь и все святые Его, – в Царство Небесное, в Будущий век. Аминь.

За неделю до Пасхи Святая Церковь празднует Вход Господень в Иерусалим.

«Общее воскресение прежде Твоея страсти уверяя, из мертвых воздвиг еси Лазаря, Христе Боже. Темже и мы, яко отроцы, победы знамения носяще, Тебе, победителю смерти, вопием: осанна в вышних, благословен грядый во имя Господне», — поется в тропаре праздника.

В сем церковном песнопении прославляется Христос, как победитель смерти. Так Он назван потому, что из мертвых воздвиг Лазаря единственно силою своего всемогущего слова. Для чего совершил Он это чудо? Для того, чтобы уверить нас в общем для всех воскресении. Таким образом это частное чудо предзнаменовало чудо общего воскресения. В чем состоит сходство между тем и другим? Иисус Христос воздвиг из гроба Лазаря, смердящего мертвеца, единым словом: «Лазаре, гряди вон» (Ин. 11:43). Подобное совершится в последний день мира, день страшного суда, когда «мертвии услышат глас Сына Божия и услышавше оживут» (Иоан. 5, 25) и предстанут на суд. Одного гласа или слова Христова достаточно будет, чтобы по сему гласу все люди, сколько бы их ни было на свете, поднимутся из гробов, как поднялся из гроба по тому же гласу Лазарь. Но это сходство не есть полное и совершенное. Лазарь воскрес не для того, чтобы вечно оставаться в живых. Прошло несколько лет, и он опять умер, ибо воскрес в том же теле, какое имел до смерти, в теле грубом, доступном немощам и болезням, имевшем нужду в питании, в одежде, в движении, в сне. Не таково будет общее воскресение мертвых. Их тела будут бессмертны, духообразны, способны проходить сквозь все вещественные преграды, будут чужды немощи, болезни, голода и жажды. Предызображением такого состояния имеющих воскреснуть всех людей служит не воскресение Лазаря, а чудо воскресения Самого Христа Спасителя. Только об Нем можно сказать в строгом смысле, что «восстав из мертвых, Он начаток умершим бысть» (1Кор. 15, 20), ибо умершие облекутся в тела, подобные воскресшему телу Христову, нетленному, духообразному, проходившему сквозь затворенные двери, свободному от болезней, немощей и всех телесных потребностей.

Несмотря на такую разность воскресения Лазарева и воскресения Христова, чудо воскресения Лазарева само по себе было поразительным явлением и до такой степени изумило не только свидетелей этого чуда, но и всех слышавших о нем, что те и другие посмотрели на Чудотворца, как на обетованного Мессию, как на такое лицо, которому суждено восстановить Иудейское царство, вступить на престол Давидов, избавить иудеев от римской власти и покорить им все народы. Чудо воскрешения Лазаря казалось им залогом осуществления их мечтаний о земном царстве Христовом и избавления от всех зол. Вот почему, когда Иисус Христос за шесть дней до Пасхи, отправился из Вифании в Иерусалим в сопровождении своих учеников, восседши на молодого осла, иудеи устроили Ему торжественную встречу. Несметные толпы иерусалимлян и пришедших на праздник со всех сторон богомольцев с восторгом возглашали Ему: «осанна Сыну Давидову, осанна в вышних» (Мф. 21:9), т. е. помоги Тебе Всевышний вступить на престол Давидов. Восторг их выражался не в одних торжественных восклицаниях, но и в других знаках преданности и благоговения ко Христу. Они высоко поднимали и потрясали «знамения победы», т. е. свежие ветви, срезанные с пальмовых и смоковничных деревьев, стоявших по краям дороги. Как отнесся Христос к этим заявлениям народного восторга? Доволен ли Он был ими? Возбудили ли в Нем сочувствие эти почести? Не видно. Правда, Он не уклонился от этих почестей, не воспретил чествовать его восклицаниями и другими знаками и не послушался тех, которые требовали от Него остановить всеобщее ликование. Но что Он не рад был и Сам этому ликованию, видно из того, что когда Он поднялся на вершину горы Елеон, откуда открылся пред Ним великолепный вид на Иерусалим и на храм, Он «заплакал» горькими слезами (Лк. 19:41). Он высказал при сем, что все это великолепие скоро исчезнет, что чрез несколько лет Иерусалим осажден будет врагами и разрушен, так что не останется камня на камне, и жители будут рассеяны по лицу земли. Он ясно знал, за какую вину покарает Господь иудеев. Он ясно видел, что идет в Иерусалим не для принятия славы и чести, а на страдания и поносную смерть, что за вину Богоубийства опустошена будет столица иудейская и разрушен храм. От Него не сокрыто было, что восторг, с которым встречали Его толпы народа, был делом минутного увлечения, что те же самые уста, которые восклицали Ему «осанна», чрез несколько дней будут оглашать воздух зверским криком к Пилату: «возьми, возьми, распни Его» (Мк. 15:13, Лк. 23:21). Итак вот причина, почему Христос не радовался, а плакал при виде оказываемых Ему почестей: Он знал им цену. Но вот в сопровождении ликующего народа Он вступил в Иерусалим и вошел в храм. И в храме Он встречен был радостными восклицаниями, исходившими из уст еврейских отроков, певших Ему «осанна». Это пение произвело на Него благоприятное впечатление. На требование начальников храма, чтобы Он унял детей, Он ответствовал: «разве вы никогда не читали, что из уст младенцев и грудных детей, Ты, Господи, устроил хвалу Себе?» (Мф. 21:16, Псал. 8, 3). Еврейские отроки воздали Ему одинаковые почести, как и взрослые, сопровождавшие Его на пути в Иерусалим. Отчего же произошло то, что взрослыми Он был недоволен и не радовался, а плакал, слыша их приветственные восклицания, отроками же остался доволен и даже сказал, что их устами Сам Господь устроил Себе хвалу? Отчего Ему угодно было благоволительно отнестись к отрокам, а не к взрослым? Причина понятна. Он вообще любил детей: и ставил их в образец для подражания взрослым. Он ласкал их, благословлял и возлагал на них руки и при этом говорил: «аще не обратитеся и будете яко дети, не внидете в Царствие небесное» (Матф. 18, 3). В детях, несмотря на то, что и в них есть прирожденная нравственная порча, радуют нас многия достолюбезные качества. Детям свойственно чистосердечие, прямодушие, у них нет лукавства и хитрости. Они не склонны к обману, доверчивы. Их души не обременены житейскими до забвения о промышлении Божием заботами; они во всему полагаются на родителей, в уверенности, что родители об них пекутся и не оставят их без пропитания, так что в этом отношении могут служить образцем для взрослых в исполнении заповеди: «не пецытеся, глаголюще: что ямы или что пием,… весть бо Отец ваш небесный, яко требуете сих всех» (Матф. 6, 31–32). Детям несвойственно корыстолюбие, гордость и честолюбие. Они не знают цены богатству: красивая дешевая игрушка для них дороже груды золота. Дети богатых и знатных родителей не признают своего превосходства пред детьми бедных и незнатных и обращаются с ними, как равные с равными. В детских душах нет злобы: недовольных и капризных детей легко успокоить и утешить. За сии-то добрые качества, свойственные детям, и любил их Господь Иисус Христос и потому с любовию выслушал в храме приветствие отроков: «осанна». Вот почему и святая Церковь, научая нас славословить Господа Иисуса в сей праздник приветствиями «осанна», дает нам понять, что в сем случае мы должны подражать только детям еврейским, а не взрослым, которые приветствовали Христа теми же восклицанием: «темже и мы, яко отроцы победы знамения носяще, Тебе яко победителю смерти вопием: осанна в вышних, благословен грядый во имя Господне». Наши приветственные восклицания угодны Ему только тогда, когда восклицающие похожи на детей и усвоили себе добрые детские качества, подобно детям незлобивым, прямодушным, чуждым лукавства, доверчивым, и уповают на Господа, как дети уповают на родителей, не заражены корыстолюбием и гордостию. Дети еврейские радостно приветствовали Его пением «осанна в вышних» в храме. Тоже самое пение раздается и в наших христианских храмах не только в настоящий праздник, но за каждою литургиею при возношении Святых Даров, хотя в наших устах оно имеет совсем не тот смысл, какой соединяли с ними евреи. Евреи хотели видеть во Христе земного царя и потому восклицанием «осанна в вышних», по-русски: «помоги Всевышний», они испрашивали у Бога помощи Ему и содействия в приписываемом Ему намерении основать земное царство и успеха для преодоления неизбежных к тому затруднений и препятствий. Но мы восклицанием «осанна» выражаем молитвенное желание, чтобы жертва Его, которую Он принес на кресте, и которая в безкровном виде до скончания века будет приноситься в наших храмах, была для каждого из нас благотворна и спасительна.

Достаточно давно установилась церковная традиция приступать к таинству елеосвящения (соборования) ежегодно — как правило, Великим постом. Поэтому наступление Святой Четыредесятницы побуждает многих из нас не только к более частому посещению богослужений, не только к активной евхаристической жизни, но и к серьезной подготовке к соборованию, дабы укрепить посредством этого таинства душевные и телесные силы и, что самое важное,— обрести совершенное избавление от грехов забытых и неосознанных, которых, конечно, у нас — абсолютное большинство.

И неудивительно: по невниманию, расслабленности нашей и просто по ограниченности человеческой природы так часто мы упускаем из вида греховный груз, лежащий тяжестью на душе и как следствие — расстраивающий наши телесные силы. Помощью в подготовке к таинству нам могут послужить как будничные великопостные службы, так и более ответственное отношение к домашней молитве, с включением, например, в нее на время поста молитвы преподобного Ефрема Сирина. Мы призываемся «зреть свои прегрешения» и освобождаться от них покаянием по крайнему снисхождению к нам Единого Человеколюбца. Конечно же, в наше время, когда приходские книжные лавки и библиотеки изобилуют православной литературой, совсем нетрудно будет, готовясь к соборованию, заранее перечитать его чинопоследование (оно есть практически во всех требниках). Действительно, задумаемся о смысле молитв и чтений из Священного Писания, установленных к этому таинству.

До совершения первого помазания прочитывается весьма продолжительный подготовительный чин, включающий покаянные молитвы, канон и стихиры, раскрывающие суть совершаемого. Затем благословляется масло — вещество таинства, молитвенно призывается Господь, избавляющий «от недугов и горьких болезней», взываем мы о помощи и к святым — «великим поборникам в бедах» наших. Но на главное место в чинопоследовании выводятся семь одинаковых по структуре «блоков». Каждый из них состоит из апостольского чтения с прокимном и аллилуарием, чтения евангельского, сугубой ектении о душевном и телесном исцелении приступающих к таинству, особой, усиленной молитвы о них и собственно самого помазания, совершаемого при чтении молитвы «Отче Святый, Врачу душ и телес…». В последовательности этих чтений и молитв слышится и объяснение самой сути происходящего, звучат более чем сильные призывы к покаянию, даются глубокие уроки смирения, терпения, любви. Сосредоточим внимание наше на закономерном порядке того, что мы слышим от помазания к помазанию.

Сначала обращается к нам апостол Иаков, брат Господень. Именно на его слова о призывании в болезни пресвитеров церковных опирается церковная традиция таинства елеосвящения. Апостол раскрывает нам саму суть того, что имеет над нами совершиться: над болящим «пресвитеры церковныя… молитву сотворят… помазавше его елеем во имя Господне. И молитва веры спасет болящаго, и воздвигнет его Господь: и аще грехи сотворил есть, отпустятся ему» (Иак. 5:14–15). Далее, в евангельской притче о милосердном самарянине, рисуется картина происшедшей с человеком греховной катастрофы и человеколюбивого снисхождения Христа, елеем милости и вином Божественной Крови исцеляющего наши душевные и телесные язвы. Также и в молитве перед первым помазанием дается объяснение имеющего совершиться над нами таинства: священник просит Господа о совершенном избавлении нас от греха, да наследуем Царство Небесное. Надо сказать, что все семь продолжительных молитв перед помазаниями во многом похожи одна на другую прошениями об исцелении души и тела «болящих люте». Мы же сейчас обратим внимание на интонационное развитие содержания как этих молитв, так и новозаветных чтений — так сказать, на динамику таинства.

Уже во втором апостольском чтении слышим о святом долге оказать любовь к страждущим, понести «немощи немощных», имея примером Самого Христа. Таким образом, обновление наше действием таинства должно явиться в следовании Господу, не Себе угождавшему, но «немощным во благое к созиданию» (Рим 15:1,2). Также и следующая затем евангельская история о Закхее дает пример истинного обновления Духа в сердце кающегося грешника, того, как истинное желание измениться возвращается спасением по дару Христа (Лк 19:1–10). И далее в молитве свидетельствуется о верном ответе Господа «Благопременителя», и «блудницы честнеи… нозе слезами омочившия» не возгнушавшегося,— ответе на желание человека перемениться во образ Христа, дающего силы «прочее лето живота» ходить «во оправданиих» Его. Третьи по счету чтения и молитва обращают наше внимание на то, какова она, Божия любовь, которой имеем мы приобщиться. С особой силой звучит здесь знаменитый «гимн любви» святого апостола Павла, рисующего действия этой царицы добродетелей, как на иконе — ярко, конкретно, во всех возможных деталях (1Кор. 12:27–13. 8). И Евангелие о призвании апостолов говорит о дарах любви, воспринятых ими: болящих исцелять, прокаженных (грехом) очищать, мертвых (пороками) воскрешать (Мф. 10:1,5–8). Молитва «Врачу душ и телес…» вдохновляет надеждою на всемогущую помощь Господа, «наводящаго милость на елей сей», исцеляющий болезни тела и души.

Постепенно, как видим, уроки, преподаваемые названными чтениями, переходят в свидетельство о действии Божием, совершаемом здесь и сейчас, — действии исцеляющей любви. Все более высокие слова о своем христианском призвании, об ожидаемом Богом ответе нашем на Его бесценные дары нам предстоит услышать теперь. Четвертое апостольское чтение определяет самый возвышенный смысл того, кто есть вообще человек. По замыслу Создателя, мы — «церкви Бога Жива», Он, наш Отец, хочет принять нас как сыны и дщери, «нечистоте не прикасающияся» (2Кор. 6:16–17). Потому по призыву апостола: «Очистим себе от всякия скверны плоти и духа, творяще святыню во страсе Божии» (2Кор. 6:11–7. 1). И следующее затем евангельское повествование свидетельствует о скорби Христовой, не имеющего «где главы подклонити», и призывающего следовать за Ним (Мф. 8:14–23) (сравни у апостола: «вселюся в них и похожду»). Мы здесь в первый раз слышим о конкретном совершившемся исцелении и его плодах: теща Петрова «воста и служаше Ему». Живым откликом четвертой священнической молитвы на евангельское слово звучит надежда, что исцеляемый в таинстве, восстав, поработает Христу.

Наступает время пятого чтения. Апостол повествует о крайней скорби, «яко не надеятися нам и жити», которую он с сострадальцами принял как законную, осудив себя на справедливую смерть, оставив надежду на собственные силы, не теряя при этом упования «на Бога, возставляющаго мертвыя» (2Кор. 1:8–11).Таким образом, и при крайней опасности для жизни, приблизившейся смерти (а именно в таких случаях зачастую обращаются к данному таинству) есть нам надежда на спасение (как во времени, так и в вечности). Свидетельств тому — «несть числа».

Тема близости суда Божия, призыва к духовному бодрствованию звучит и в евангельской притче о десяти девах, ибо не знаем «дне ни часа, в оньже Сын Человеческий приидет» (Мф. 25:1–13). Пятая молитва исполняет крайним страхом читающего и слушающего, ставит пред лицом Господа, судящего дела и помышления сердечные: «Боже… мене, смиреннаго и грешнаго, и недостойнаго раба Твоего… страстьми сластей валяющагося, призвавый во святый и превеличайший степень священства…» И из этой глубины, ни во что ставящей свои «правды», как бы откликом на апостольские слова звучит и наша надежда на спасение от Господа — «Надежду ненадеющихся и Упокоение труждающихся».

Совершается пятое помазание, впереди — завершение таинства. Время принести плоды покаяния, плоды благодарности. Апостол говорит о духовных плодах — любви, радости, мире, долготерпении, благости, милосердии, вере, кротости, воздержании (6‑е чтение — Гал. 5:22–6. 2). По завету его мы должны будем выйти в мир, «друг друга тяготы нося», и далее, по слову 7‑го чтения, «всегда радуясь, непрестанно молясь, за все благодаря», чтобы «всесовершен наш дух и душа и тело непорочно в пришествие Господа Иисуса Христа да сохранились» (1Фес. 5:14–23).

Также и предпоследнее евангельское чтение свидетельствует о крайнем смирении человеческом (хананеянка) и получаемом в ответ от Господа крайнем даре (исцелении ее дочери от беснования) (6‑й отрывок, Мф. 15:21–28); 7‑е же чтение зовет вслед за апостолом Матфеем последовать Христу в благодарности и полном доверии и верности (Мф. 9:9–13). «Благодарим Тя, Господи, Боже наш, благий Человеколюбче…» — так начинается 6‑я молитва, когда полнота совершаемого таинства уже совсем близко. И в этой же молитве дается образ того (сравни апостольское чтение), что в полноте значит: «друг друга тяготы носить». Священник просит: «Якоже услышал еси Езекию… в час смерти его, такожде и мене… услыши в час сей». То есть молитва о болящем должна быть как бы молитвой о себе — и в смертный час. Далеко нам до такой молитвы — так что поистине смиримся до земли.

Перед последним помазанием мы слышим, что все совершил милостивый Господь, «временныя страсти уврачевавый», — в меру нашей веры и верности. Всем же семи чтениям и молитвам печать — молитва помазания «Отче Святый…». Будем внимать ей в благоговении, страхе и благодарности Господу, «всякий недуг исцеляющему и от смерти избавляющему».

По совершении семи помазаний на головы приступивших к таинству возлагается Святое Евангелие, которым все мы будем испытаны на нелицеприятном Божием суде. Приложимся благодарно, исповедуя свою верность Христу, к Слову Его и Кресту Его. Выйдем в мир в мире души, в радости духа, свидетельствуя словом и жизнью своей о дивном нашем Боге, пришедшем в этот мир грешников спасти. Аминь.

В субботу на пятой неделе Великого поста святая Церковь торжественно возглашает молебное пение акафиста, или благодарственной похвалы Пресвятой Богородице.

Этот праздник установлен в IX веке за неоднократное избавление Константинополя помощью и заступлением Пресвятой Богородицы от нашествия врагов. При императоре Ираклии, когда Патриарх Сергий, нося на руках своих икону Пресвятой Богородицы по городским стенам, умолял Господа о защите от персидских и скифских войск, осаждавших Константинополь, тогда народ искал защиты в храмах Божиих, день и ночь умоляя Усердную Заступницу спасти свой город.

Император Константин Великий, основатель Константинополя, посвятил город Божией Матери и почитал Пресвятую Деву покровительницею своею и своей новой столицы. Многие храмы в честь Божией Матери были воздвигнуты в Константинополе. Во Влахернском храме хранилась Ее икона, написанная святым евангелистом Лукой. В ночь, когда соединенные силы агарян и персов с моря и с суши двинулись на город, внезапно восстала страшная буря, которая рассеяла и потопила суда нападавших. Остальные враги со стыдом бежали. Тогда во всю эту ночь благодарный народ, пребывавший во Влахернском храме, возгласил Защитнице града победную, всенощную и неседальную (акафист – греч. букв. неседальный) песнь: «Взбранной Воеводе победительная, яко избавльшеся от злых, благодарственная восписуем Ти раби Твои, Богородице!» И с того времени, в воспоминание столь великого чуда, Православная Церковь постановила празднество Похвалы Пресвятой Богородицы.

Сначала праздник акафиста совершался в Константинополе в том Влахернском храме, где хранились чудотворная икона Божией Матери и священные предметы земной Ее жизни – риза и пояс Ее. Но позднее праздник был внесен в типиконы (уставы) монастырей святого Саввы Студийского и потом в церковные богослужебные книги, и с того времени сделался общим для всей Восточной Церкви.

Благовещение – это день благой вести о том, что нашлась во всем мире людском Дева, так верующая Богу, так глубоко способная к послушанию и к доверию, что от Нее может родиться Сын Божий. Воплощение Сына Божия, с одной стороны, дело Божией любви – крестной, ласковой, спасающей – и Божией силы; но вместе с этим воплощение Сына Божия есть дело человеческой свободы. Св. Григорий Палама говорит, что Воплощение было бы так же невозможно без свободного человеческого согласия Божией Матери, как оно было бы невозможно без творческой воли Божией. И в этот день Благовещения мы в Божией Матери созерцаем Деву, Которая всем сердцем, всем умом, всей душой, всей Своей крепостью сумела довериться Богу до конца.

А благая весть была поистине страшная: явление Ангела, это приветствие: «Благословенна Ты в женах, и благословен плод чрева Твоего» (Лк.1:28), не могли не вызвать не только изумления, не только трепета, но и страха в душе девы, не знавшей мужа, – как это могло быть?..

И тут мы улавливаем разницу между колеблющейся – хотя и глубокой – верой Захарии, отца Предтечи, и верой Божией Матери. Захарии тоже возвещено, что у его жены родится сын – естественным образом, несмотря на ее преклонный возраст; и его ответ на эту весть Божию: Как же это может быть? Этого не может случиться! Чем Ты можешь это доказать? Какое заверение Ты мне можешь дать?.. Божия Матерь ставит вопрос только так: Как это может случиться со мной – я же дева?.. И на ответ Ангела, что это будет, Она отвечает только словами полной отдачи Себя в руки Божии; Ее слова: «Се, Раба Господня; буди Мне по глаголу твоему» (Лк.1:38) …

Слово “раба” в теперешнем нашем словоупотреблении говорит о порабощенности; в славянском языке рабом называл себя человек, который свою жизнь, свою волю отдал другому. И Она действительно отдала Богу Свою жизнь, Свою волю, Свою судьбу, приняв верой – то есть непостижимым доверием – весть о том, что Она будет Матерью воплощенного Сына Божия. О Ней праведная Елизавета говорит: Блаженна веровавшая, ибо будет Ей реченное Ей от Господа…

В Божией Матери мы находим изумительную способность довериться Богу до конца; но способность эта не природная, не естественная: такую веру можно в себе выковать подвигом чистоты сердца, подвигом любви к Богу. Подвигом, ибо отцы говорят: Пролей кровь, и примешь Дух… Один из западных писателей говорит, что Воплощение стало возможным, когда нашлась Дева израильская, Которая всей мыслью, всем сердцем, всей жизнью Своей смогла произнести Имя Божие так, что Оно стало плотью в Ней.

Вот благовестие, которое мы сейчас слышали в Евангелии: род человеческий «родил», принес Богу в дар Деву, Которая была способна в Своей царственной человеческой свободе стать Матерью Сына Божия, свободно отдавшего Себя для спасения мира.
– Явив, в ответ на слова Ангела, согласие стать Матерью Сына Божьего по человеческому естеству, Богородица продемонстрировала послушание Богу и послужила Божественному Домостроительству Спасения;
– в этот день, с согласия Девы Марии, Сын Божий восприял в Свою Ипостась человеческое естество (произошло сверхъестественное зачатие Господа Иисуса Христа по человеческому естеству);
– в этот день Богородица, по слову отцов, сделалась «Небом», «Раем», «Ковчегом», «Лествицей Небесной».

Иконы, изображающие Благовещение Пресвятой Богородицы, соответствуют следующим иконографическим нормам.

В центре композиции — Дева Мария, а рядом с ней вестник Божий — архангел Гавриил. Богородица часто бывает представлена сидящей. Это интерпретируется и таким образом, что в момент явления ангела Она действительно сидела (существует предание, что в тот момент она трудилась над изготовлением завесы для Храма, а согласно другому преданию, занималась чтением Писания, и именно: читала пророчество, зафиксированное в Книге пророка Исаии о том, что Дева зачнёт и родит Сына, Еммануила (Ис.7:14); иногда эти два предания объединяют и толкуют, как указывающие на два связанных хронологически события). Кроме того тем, что Она изображена сидя, подчеркивается Её превосходство над ангелом.

Образ же стоящей (перед ангелом) Богоматери подчеркивает, что Она со вниманием выслушала переданную им Благую весть.

Иногда правая ладонь Богородицы бывает изображена развернутой в сторону ангела или (и) несколько вверх — знак внимания и послушания Богу, знак готовности к восприятию Божественной благодати. На некоторых иконах правая рука Божьей Матери прижата к груди (при этом голова Её бывает наклонена) — символ смиренного принятия Благой вести.

Мимика Пресвятой Богородицы, воспроизведенная на разных иконах, может выражать различные чувства: смущение (Лк.1:34), согласие исполнить волю Божью (Лк.1:38) и пр.

Взгляды ангела и Девы Марии могут быть обращены друг на друга, а могут быть направлены вверх (на Небо, к Богу).

В верхней части иконы бывает изображен луч, изливающийся из небесной сферы, расходящийся книзу на три луча. В данном случае этот глубокий образ символизирует особое Божественное действие: то действие, благодаря которому, с одной стороны, Дева Мария была очищена, сделавшись из чистой — Пречистой, подготовлена к чрезвычайной миссии — стать и быть Матерью Бога по человеческому естеству, а с другой стороны, благодаря которому произошло сверхъестественное зачатие, воплощение Сына Божьего, восприятие в Его предвечную Ипостась человеческого естества (Лк.1:35). Иногда в месте перехода единого луча в тройственный изображается небольшая сфера, внутри которой — голубь — символ Святого Духа; впрочем, на многих иконах такая сфера отсутствует.

Архитектурные образы, присутствующие на иконах Благовещения, символизируют место, где произошла встреча Богородицы с ангелом (покров, натянутый между строениями, в этом варианте может интерпретироваться как знак того, что действие происходит внутри помещения, и кроме того может указывать на Божественный благодатный покров) и иные городские постройки, а в духовном смысле указывают на Горний Иерусалим, научая нас, что спасение достижимо через веру в Бога, в Иисуса Христа как Спасителя, через послушание Богу.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

«Бог же не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы» (Лк.20:38), – сказал Христос Спаситель неверовавшим в воскресение мертвых саддукеям.

Возлюбленные во Христе братия и сестры! Святая Православная Христианская Церковь, твердо веруя этим неложным словам Спасителя, всегда во всеуслышание исповедует непререкаемую истину, что со смертью человека жизнь его не прекращается. Что мы видим умирающим? Только тело, которое взято из земли и опять возвращается в землю. Плоть разлагается и обращается в прах, а сам по себе человек, со всеми своими чувствами и со своей бессмертной душой, продолжает жить, переходя только из этого мира в другой, загробный. Следовательно, общение между живыми и мертвыми смертью не разрушается, а продолжает существовать.

На основании этой истины Церковь всегда, начиная со времен Ветхозаветных, а особенно в Новозаветное время – время Апостольское, совершала и продолжает совершать поминовение и творить молитвы по усопшим единоверным своим братиям. Святая Церковь, принося ежедневные молитвы за усопших своих чад, побуждает к этому и всех верующих, чтобы они едиными устами и единым сердцем возносили к Престолу Божию пламенные молитвы с просьбой о упокоении усопших своих сродников в местах блаженства. К молитве за усопших побуждает нас христианская любовь, которая соединяет нас взаимно во Иисусе Христе во единое братство. Усопшие единоверцы – наши ближние, которых Бог приказывает нам любить, как самих себя. Ибо Бог не сказал: любите ближних, пока они живут на земле. Стало быть, Господь не ограничивает любовь к ближним границами земного бытия, а простирает ее и в вечный загробный мир. Но чем, как не поминовением, чем, как не молитвою, мы можем доказать свою любовь к перешедшим в жизнь загробную? Каждому из нас желательно, чтобы по отшестии нашем из сей жизни наши ближние нас не забывали и молились о нас. Чтобы это исполнилось, надобно и нам поминать усопших. Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить (Мф.7:2), – говорит Спаситель. Поэтому тех, кто поминает усопших, помянет Господь, помянут и люди по отхождении их из сего мира. Велико утешение и велика награда тому, кто ближнего спасает от временного несчастия, но гораздо большая награда и большее утешение ожидает того, кто своими молитвами поможет усопшему ближнему получить прощение грехов и перейти из мрачных адских темниц в светлые блаженные обители.

Необходимы ли наши молитвы за усопших? Да, необходимы, потому что оказывают им весьма большое благодеяние. Дело в том, что после смерти есть две вечности: или вечное блаженство праведников, или вечное мучение грешников. Известно также и то, что нет на земле человека, который бы пожил и не согрешил. Так что верно утверждение, что во грехах мы рождаемся, во грехах проводим жизнь, во грехах и оканчиваем свое земное существование. Но все ли согрешившие приносят полное и искреннее раскаяние перед смертью? Ведь иногда смерть настигает человека, находящегося в состоянии такой тяжкой болезни, когда у него и память теряется, и душевные силы приходят в полное изнеможение. И ясно, что в таком состоянии человек не может припомнить своих проступков и раскаяться в них, – и он умирает со грехами. Часто смерть поражает человека внезапно, и он, не принеся никакого покаяния, также отходит со грехами. Сам он уже не может помочь себе никакими средствами. Изменить свою участь человек может только, когда он жив, творя добрые дела и моля о своем спасении ко Господу. Вот в таких-то случаях молитва за усопших весьма необходима и доставляет им величайшее благодеяние.

Многих наших присных уже давно нет на земле, однако любящее сердце не может забыть их, рвется к ним, даже, быть может, больше, чем к живым. Подобным образом и усопшие смотрят из потустороннего мира в нашу сторону, горя любовью к тем, кто здесь их сердцу был особенно близок. Если же кто из умерших достиг оправдания перед Богом, то он, отвечая на нашу любовь взаимной любовью, ниспосылает нам свыше небесную помощь; а тому, кто еще не достиг оправдания, в облегчении его загробной участи может очень помочь наша молитва. Придет время, когда мы увидимся с ними. Как же радостно будет услышать от них слово благодарности за молитву! Они скажут: «Вот ты помнил меня, не забыл меня и помог мне во время нужды моей. Благодарю тебя». И напротив: как горько будет услышать упрек тому, кто не молился за умерших! «Вот ты не вспоминал обо мне, не молился обо мне, не помог мне в час нужды моей, упрекаю тебя».

Состояние усопших подобно положению человека, плывущего по очень опасной реке. Молитва за усопших – это как бы спасательный канат, который бросает человек утопающему ближнему. Если бы каким-нибудь образом перед нами отворились врата вечности и мы увидели бы эти сотни, тысячи миллионов людей, рвущихся к мирному пристанищу, – то какое бы сердце не поразилось и не сокрушилось при виде своих единоверных и единокровных близких, без слов взывающих к нашей молитвенной помощи!

И не случайно мы говорим о том, что молитвы за усопших приносят им пользу и облегчают их участь, именно сегодня. Потому что сегодня Святая Церковь отмечает особый день, называемый мясопустной родительской субботой, и собирает православных для совместной молитвы пред Престолом Божиим о единоверных наших братиях, отошедших в жизнь вечную. А завтра Святая Церковь воспоминает страшное Второе Пришествие Господа и кончину мира.

Побуждая своих членов быть готовыми ко Страшному Суду, Святая Церковь просит нас помолиться Праведному Судии об усопших наших сродниках, да простятся им все согрешения и да очистится пред ними путь перехода из мрачного подземелья в светлые обители Отца Небесного.

Вознесем же, дорогие братия и сестры, молитву ко Христу Богу и от всего сердца воззовем: «Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь безконечная!» Аминь.

По прошествии сорока дней после рождества Господа нашего Иисуса Христа, и по исполнении дней законного очищения, Пречистая и Преблагословенная Дева Матерь, вместе со святым Иосифом обрученником, пришла из Вифлеема в Иерусалим ко храму Божию, принеся сорокадневного младенца Христа для исполнения закона Моисеева. По сему закону нужно было, во-первых, по рождении очиститься чрез принесение Богу подобающей жертвы и чрез иерейскую молитву, – и, во-вторых, нужно было поставить пред Господом первородного младенца и сделать выкуп за него установленною ценою (Лев.12:7). Так было повелено Господом в Ветхом Завете Моисею, у которого в книгах о законе очищения матери пишется так: «Если женщина зачнет и родит младенца мужеского пола, то она нечиста будет семь дней; в восьмый же день обрежется у него крайняя плоть его: и тридцать три дня должна сидеть, очищаясь от кровей своих; ни к чему священному не должна прикасаться и к святилищу не должна приходить, пока не исполнятся дни очищения ее. По окончании дней очищения своего, она должна принести однолетнего агнца во всесожжение и молодого голубя или горлицу в жертву за грех. Если же она не в состоянии принести агнца, то пусть возьмёт двух горлиц или двух молодых голубей, одного во всесожжение, а другого в жертву за грех, и очистит ее священник, и она будет чиста» (Лев.12:7-8, 12:2-4).

А о посвящении Богу первенцев мужеского пола в законе так говорится: «Освяти Мне каждого первенца (мужеского полу) перворожденного, разверзающого ложесна» (Исх.13:2). И в другой раз: «Отдавай Мне первенца из сынов твоих» (Исх.22:29). Это требовалось за то великое благодеяние Божие в Египте, когда Господь, избивая Египетских первенцев, пощадил Израильских (Исх.11:5-7). Посему израильтяне приносили своих перворожденных младенцев в храм, посвящая их Богу, как должную дань, установленную законом. И опять выкупали их у Бога себе установленною ценою, которая называлась «выкупным серебром», и отдавалась служащим при храме Господнем левитам, как о сем написано в четвертой книге Моисея (Чис.3:49-51). Установленная же цена выкупа состояла из пяти священных сиклей церковного веса, а каждый священный сикль имел в себе двадцать пенязей. Исполняя сей закон Господень, Матерь Божия ныне пришла в храм с Законодателем. Пришла очиститься, хотя и не требовала очищения, как нескверная, неблазная, нетленная, пречистая. Ибо Та, Которая зачала без мужа и похоти, и родила без болезни и нарушения Своей девической чистоты, не имела скверны, свойственной женам, родящим по естественному закону: ибо родившую Источник чистоты, как могла коснуться нечистота? Христос родился от Нее, как плод от древа; и как древо, по рождении своего плода, не повреждается и не оскверняется, так и Дева, по рождении Христа, плода благословенного, осталась неповрежденною и неоскверненною. Христос произошел от Нее, как луч солнечный проходит сквозь стекло или кристалл. Проходящий сквозь стекло или кристалл солнечный луч не разбивает и не портит его, но еще более освещает. Не повредил девства Матери Своей и Солнце Правды – Христос. И дверь естественного рождения, чистотою запечатленную и девством охраняемую, не осквернил обычными для женщин кровотечениями, но, пройдя сверхъестественно, еще более усугубил ее чистоту, освятив ее своим происхождением, и просветив Божественным светом благодати. Совершенно не нужно было никакого очищения для Родившей без истления Бога-Слова. Но дабы не нарушить закон, а исполнить его, пришла очиститься всесовершенно чистая и не имущая никакого порока. Вместе с сим исполненная смирения, Она не гордилась Своею нетленною чистотою, но пришла, как бы нечистая, встать вместе с нечистыми женами пред дверьми храма Господня, – и требовать очищения, не гнушаясь нечистыми и грешными. Принесла и жертву, но не как богатые, приносившие непорочного однолетнего агнца, а как бедные, приносившие двух горлиц, или двух птенцов голубиных, во всём проявляя смирение и любовь к нищете, и избегая гордыни богатых. Ибо из золота, принесенного волхвами (Мф.2:11), Она взяла немного, и то раздала нищим и убогим, удержав для Себя только самое необходимое на дорогу в Египет. Купив упомянутых двух птиц, Она принесла их, по закону, для жертвы, а вместе с ними принесла и Своего первородного Младенца. «Принесли Его в Иерусалим, чтобы представить пред Господа» (Лк.2:22) – говорит Евангелист Лука, т. е. возвратить Божие Богу, ибо в законе Господнем написано, что всякий младенец мужеского пола, разверзающий ложесна, должен быть посвящен Господу (Исх.13:2). Держа на руках Своих Новорожденного, Святая Дева Мария преклонила колена пред Господом и с глубоким благоговением, как драгоценный дар, возносила и предавала Младенца Богу, говоря:

– Се, Сын Твой, Превечный Отче, Которого Ты послал воплотиться от меня для спасения рода человеческого! Ты Его родил прежде веков без Матери, а я по Твоему благоволению, по исполнении лет, родила Его без мужа; вот плод чрева моего перворожденный, Духом Святым во мне зачатый, и неизреченно, как Ты Один ведаешь, от меня происшедший: Он Первенец мой, ранее же всего Твой, Тебе соприсносущный и собезначальный, первенец Тебе Одному подобающий, ибо Он есть от Тебя сошедший, не отступив от Твоего Божества. Приими Первенца, с Которым Ты веки сотворил (Евр.1:2), и с Которым вместе свету возсиять повелел: приими воплотившееся от меня Твое Слово, Которым Ты утвердил небо, основал землю, собрал в соединение воды: приими от меня Твоего Сына, Которого приношу Тебе на сие великое, да о Нем и о Мне устроишь так, как Тебе угодно, и да искупишь род человеческий Его плотию и кровию, принятою от Меня.

Произнеся сии слова, Она отдала Свое драгоценное Чадо в руки архиерею, как наместнику Божию, как бы отдавая Его Самому Богу. После сего Она выкупила Его, как требовал закон, установленною ценою, – пятью священными сиклями, число которых как бы предзнаменовало пять священных язв на теле Христа, принятых Им на кресте, которыми весь мир был искуплен от клятвы законной и от работы вражией.

В то самое время, когда Матерь Божия принесла младенца Иисуса для исполнения над Ним предписанного законом обычая, в храм пришел, руководимый Духом Святым, старец Симеон, человек праведный и благочестивый, ожидавший утехи Израилевой, имевшей наступить с пришествием Мессии. Он знал, что ожидаемый Мессия уже приближается, ибо скипетр перешёл от Иуды к Ироду, и исполнялось пророчество праотца патриарха Иакова, предрекшего, что не оскудеет князь от Иуды, пока не приидет ожидание народов, Христос Господь (Быт.49:10). Точно также окончились и Данииловы седмины числом семьдесят, после чего, по пророчеству, должно быть пришествие Мессии. Вместе с тем и самому святому Симеону Духом Святым было обещано не видеть смерти, прежде чем он не увидит Христа Господня. Симеон, посмотрев на Пречистую Деву и на Младенца, бывшего на Ее руках, увидел благодать Божию, окружающую Матерь с Младенцем, и, уведав от Святого Духа, что Сей есть ожидаемый Мессия, поспешно подошёл и, приняв Его с неизреченною радостию и благоговейным страхом, воздавал Богу великое благодарение. Он, убеленный сединами, как лебедь перед своею кончиною, воспел пророческую песнь: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром».

«Не имел я, – как бы так говорил он, – мира в мыслях своих, все дни ожидая Тебя, и все дни пребывал в печали, пока Ты приидешь: ныне же, увидев Тебя, я получил Дар, и, освободившись от печали, отхожу отсюда с радостною вестью к моим отцам: возвещу о Твоем пришествии в мир праотцу Адаму и Аврааму, Моисею и Давиду, Исаии и прочим святым отцам и пророкам, неизреченную радость принесу я им, пребывающим доселе в печали; к ним и отпусти меня, дабы, оставив печаль, они возвеселились о Тебе – Избавителе своем. Отпусти меня раба Твоего, после многолетних трудов, успокоиться на лоне Авраамовом: очи мои уже видели Спасение Твое, уготованное для всех людей, очи мои видели Свет, уготованный для рассеяния тьмы, для просвещения народов, для откровения им неведомых Божественных Таин, – Свет, воссиявший для прославления людей Твоих Израиля, Который Ты обещал чрез пророка Исаию, сказав: «Дам Сиону спасение, Израилю славу Мою» (Ис.46:2).

Иосиф и Пречистая Дева, слыша всё сказанное Симеоном о Младенце, удивлялись; притом они видели, что Симеон говорит к Младенцу, не как к младенцу, но как к «Ветхому днями», и молясь обращается к Нему не как к человеку, а как к Богу, имеющему власть жизни и смерти и могущему тотчас отпустить старца к иной жизни, или удержать в настоящей. Симеон обратился с благословением и к ним, восхваляя и величая пренепорочную Матерь, родившую в мир Бога и человека, и ублажая мнимого отца святого Иосифа, сподобившегося быть служителем такому таинству. Потом, обратившись к Марии, Матери Его, а не к Иосифу – ибо он прозревал в Ней очами своими безмужную Матерь, – Симеон произнес:

– Сей послужит на падение и возстание многим во Израиле: на падение тем, которые не пожелают веровать словам Его, на возстание же тем, которые с любовью примут святую проповедь Его, – на падение книжникам и фарисеям, ослеплённым злобою, на возстание простым рыбарям и людям немудрым. Он изберет не мудрых, мудрых же века сего посрамит, – на падение ветхозаветного иудейского соборища, и на возстание благодатной Церкви Божией. Сей послужит знаменем для пререканий, ибо великий раздор произойдет в людях из-за Него: одни назовут Его благим, другие же скажут, что он обманывает людей; и положат Его, – по слову пророка Иеремии, «как бы целью для стрел» (Плч.3:12); повесив на крестном древе, уязвив как стрелами, гвоздями и копьем. В то время, безмужная Матерь, – продолжал старец, – душу Твою пройдет оружие печали и сердечной боли, когда увидишь пригвожденным ко кресту Сына Своего, когда Ты с великою болью в сердце и рыданиями будешь провожать из мира сего Того, Кого в мир Ты родила без болезни.

Здесь же в храме была и Анна пророчица, дочь Фануилова, из колена Ассирова. Она была вдова, уже сильно состаревшаяся, – ей было восемьдесят четыре года; — она семь лет только прожила со своим мужем и, овдовев, проводила Богоугодную жизнь, не отходя от храма, но в посте и молитве служа Богу день и ночь. Придя в тот час в храм, Анна много пророчествовала о принесенном в храм Господень Младенце, ко всем ожидавшим избавления в Иерусалиме. Слыша и видя всё сие, книжники и фарисеи распалялись в сердцах своих, и негодовали на Симеона и Анну за их свидетельства об Отроке. Они не умолчали, но обо всём случившемся и сказанном в храме известили Ирода царя. Тотчас он послал воинов с приказанием отыскать Божественного Младенца Христа-Господа и убить Его; но они не нашли уже Его: по повелению, данному Иосифу во сне, Он обретался в Египте. Святой Иосиф с Пречистою Богородицею, исполнив в храме всё требуемое законом, не возвращались в Вифлеем, а пошли в Галилею, в свой город Назарет, а оттуда быстро скрылись в Египет (Мф.2:13-14). Отрок же возрастал, и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия пребывала на Нем (Мф.2:40).

Празднование Сретения Господня установлено в царствование Юстиниана, ранее же, хотя Сретение Господне и воспоминалось в Церкви, но торжественно не праздновалось. Благочестивый же царь Юстиниан установил праздновать сей праздник, как Господский и Богородичный, наряду с другими великими праздниками. Побуждением к установлению сего праздника были особенные обстоятельства. В царствование Юстиниана в Византии и окрестностях ея, в течение трех месяцев, начиная с последних чисел октября месяца, был сильный мор, так что сначала умирало по пяти тысяч человек в день, а потом по десяти тысяч; тела даже богатых и высокопоставленных людей оставались без погребения, ибо слуги и рабы все вымерли и не кому было погребать самих господ. А в Антиохии к моровой язве, за грехи людей, присоединилась и другая казнь Божия – страшное землетрясение, от которого попадали все большие дома и высокия здания и храмы, и погибло много народа под их стенами; в числе погибших был Евфрасий, епископ Антиохийский, задавленный до смерти при падении храма. В это страшное и погибельное время одному благочестивому человеку было откровение, чтобы установлено было торжественное празднование Сретению Господню, как и прочим Господским и Богородичным великим праздникам. И вот, при наступлении дня Сретения Господня, февраля второго числа, когда начали праздновать со всенощным бдением и исхождением с крестами, смертоносная язва, мор и землетрясение тотчас прекратились, по милосердию Божию и по молитвам Пречистой Богородицы. Ей с родившимся от Нее Христом Богом да будет честь, слава, поклонение и благодарение во веки. Аминь.

Слово на Рождество Господа нашего Иисуса Христа.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Человек часто проходит мимо великих событий, не вдумываясь в них, скользя лишь по поверхности, не углубляясь в их суть. Обратим же свое внимание на предстоящее взору нашему торжество.

Сегодня мы празднуем Рождество Господа Иисуса Христа. От начала мира не было события более поразительного, чем Рождество Христово. Господь Бог Вседержитель, единым словом создавший весь мир невидимый и видимый, сотворивый небо и землю, и все, что наполняет их – Сей Бог смиряет Себя, творит из кровей Преблагословенной Девы Марии Себе плоть, рождается в вертепе, полагается в яслях беспомощным Младенцем.

Ужаснулось небо, подвиглись концы земли. Совершилось величайшее чудо и таинство, непостижимое вполне и для высших горних чинов, а не только для человека.

Когда об этом событии скажешь неверующему человеку, он ответит – это невозможно. Когда спросишь верующего – для чего такое непостижимое чудо совершил Господь – он молчит, или дает часто неудовлетворительное объяснение.

Для чего же пришел на землю Господь?

Ответ один – для того, чтобы спасти человека. Если для человека совершил это дело Господь, то нужно признать, что человек представляет какую-то особую ценность, ибо ради ничтожной нестоящей вещи не было бы принято такого средства для спасения. Еще царь и пророк Давид за 1000 лет до Р. Х. восклицал в недоумении: «Господи, что есть человек, что Ты помнишь его, и Сын человеческий, что Ты посещаешь его, малым чим умалил еси пред Ангелы, Славою и Честию венчал еси его»? (Пс. 8:5–6).

Тем более мы должны в страхе и благоговении пасть пред Господом и восклицать: «Господи, что же есть человек, что Ты не возгнушался девического чрева, что Ты сокрыл Свое Божество и благоволил сделаться человеком?»

Что же такое человек? Вот что говорит об этом Слово Божие: человек есть лучшее творение Божие. Человек есть образ Божий.

Все сотворено Богом всемогущим словом. «Да будет свет, – сказал Господь, – и стал свет» (Быт. 1:3). «Да произрастит земля зелие, траву, сеющую семя по роду ея, и древо плодовитое, приносящее по роду своему плод – и стало так» (Быт. 1:11). «И сказал Бог: «Да произведет вода пресмыкающихся, душу живую: и птицы да полетят над землею по тверди небесной» (Быт. 1:20). И все совершилось по слову Божию.

Когда же все было устроено, то Господь приступил к сотворению человека, но как бы думая и советуясь, как бы приглашая на совет и прочие Лица Св. Троицы, чему дивится святой Григорий Нисский. Ибо Господь сказал сначала: «сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему» (Быт. 1:26). «И создал Господь Бог человека из праха земного и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2:7).

Особым актом (действием) творит Господь человека. Сотворил сначало тело, а затем вдунул в него «дыхание жизни» т.е. вложил в него как бы частицу Своего Божественного Существа. Вот почему в псалме пророк Давид от Лица Божия говорит про людей: «Я сказал: вы боги и сынове Вышнего все вы» (Пс. 81:6). Истину этих слов подтвердил и Сам воплотившийся Господь Иисус Христос иудеям, обвинившим Его в том, что Он Бога называет своим Отцом и тем делает Себя равным Богу, и схватившим камни, чтобы убить Его. Господь так им ответил: «Разве не написано в законе вашем: «Я сказал: вы боги, и не может нарушиться писание» (Ин. 10:34). Итак, человек есть образ Бога невидимого, человек имеет в себе «частицу» Божества.

Так прекрасен был до грехопадения человек, а тем более после искупления Господом, что угодники Божии, для которых были открыты тайны неба, как, например, Макарий Египетский, говорят: «нет ничего прекраснее души человеческой ни на земле, ни на небе». К вечному блаженству был предназначен человек, но завистью диавола он пал, изменил Богу, добровольно перешел на сторону клеветника – диавола, захотел познать не только добро, которое он знал в раю, но и зло, которого не знал. А отпадши от Бога, он подвергся заранее сказанному определению Божию: «смертию умрешь».

Умерли Адам и Ева душою, омрачился ум их, извратилась воля, исказилось сердце, вместо небесного тела получили грубую плоть, подобную скотам. Проклята была из-за них земля и сами они обречены на скорби, на познание зла, которое по совету диавола захотели познать. И чем дальше, чем более размножалось человечество, тем сильнее происходило омрачение человека.

Чтобы человек не отчаялся и не погиб окончательно, Господь дал ему обетование, что в свое время семя жены (а не мужа), т.е. Христос, родившись от Девы безмужно Духом Святым, сотрет главу змия и спасет человека. Это таинственное событие мы ныне и празднуем. Пожалел Господь Свое создание и сошел на землю, чтобы спасти погибшее горохищное овча; сошел на землю, чтобы вновь возвести нас на небо; принял образ человека, взял на себя грехи всего человечества: »Тако возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного» (Ин. 3:16).

Иисус Христос открыл заключенные двери рая. Он вновь воздвиг духовную лестницу, по которой человек может подняться на небо.

Приняв плоть человека, Господь и человека возвысил превыше Ангелов, облек славою, высшею, чем была слава Адама в раю до падения.

Если мы действительно истинные христиане, если мы понуждаем себя на деле исполнять то, чему учил пришедший ради нас Господь Иисус Христос, то и мы будем там, где Господь, как обещал Он в прощальной беседе с учениками. Сподобившиеся же Царствия Божия «просветятся, как солнце» (Мф. 13:43), говорит Господь.

На горе Фаворе Господь показал будущую славу человека. Лице Его было как солнце, одежда блистала, как молния. Эта внешняя красота и слава есть лишь слабый намек на величайшую славу внутреннюю, ибо по слову пророка «вся слава дщери Царевы внутрь» (Пс. 44:14).